Среда, 05 февраля 2020 10:55

Соколиная держава

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

В новом номере всероссийского литературного электронного журнала «ЛИТЕРРА» опубликована беседа поэтессы Дианы Кан с современным мастером соколиной охоты из Санкт-Петербурга – Вадимом Аводневым.

Когда-то соколиная охота была, не побоюсь этого определения, почти национальной идеей. Было это, правда, давно, когда наша страна была империей великого Рюрика. Ведь и происхождение имени Рюрик напрямую связано с соколиной составляющей. Рюрик – это сокол! Охота с хищными птицами во времена Рюриковичей объединяла все грады-веси-сословия. Конечно, в известной степени соколиная охота была прерогативой первого лица государства, но бояре и даже простой люд вполне себе охотились с другими хищными птицами – беркутами, совами и даже воронами. Ареалом обитания этого национального досуга была практически вся нынешняя территория России. В той же Башкирии особенным уважением пользовались так называемые беркутчи, добытчики хищных птиц и охотники.
После Петра Первого с его прозападными реформами соколиная охота пережила упадок. Но с воцарением Екатерины Второй имеет место некое оживление соколиной охоты. Но уже скорее в виде вип-досуга... Что такое сегодня соколиная охота и соколиный промысел в России? Кто-то скажет – анахронизм. Кто-то усмехнётся: «Экзотика!». А кто-то и вовсе пожмёт плечами в недоумении – какая соколиная охота в век кибернетики и информационных технологий? Тем не менее, аналогично тому, что о море надо спрашивать моряка, также о соколином промысле следует говорить с тем, для кого это является профессией. Сколько бы ни ругали соцсети, но я благодарна тому же Фейсбуку за возможность знакомства с инструктором по соколиной охоте из Санкт-Петербурга, известным питерским сокольничьим Вадимом Аводневым. Собственно, познакомила нас поэма выдающегося современного поэта Евгения Семичева, выложенная в фейсбук и ставшая предметом обсуждения в соцсетях. И к этому обсуждению, что шло преимущественно в литературной сфере, вдруг подключился тот, кто увидел в этой поэме не только литературные достоинства (хотя и их тоже!), но удивительную по нынешним временам проникновенность в суть соколиного дела, знание тонкостей этого дела, его глубокой истории. Так я познакомилась с Вадимом Аводневым. Так возникла идея сделать некую беседу с ним, что говорится, на стыке истории, метафизики, символики, литературы и соколиного дела. Итог этой беседы перед вами, дорогие читатели!
ВОПРОС: Вадим, как представителя редчайшей на сегодня профессии, не могу не спросить – как Вы пришли в эту профессию? И где учат на «соколиных дел мастера»? Как много сокольников в России сегодня? И где расположен Ваш соколиный двор, где Вас найти?
ОТВЕТ: Фактически сегодня я и моя коллега, у которой я учился - Милослава, два сокольника в огромном питерском мегаполисе, совмещаем соколиное ремесло с его популяризацией. Опекаем домик совы, проводим реабилитацию хищных птиц, которых сердобольные люди приносят на лечение. Располагаемся мы в деревне Шуваловка, недалеко от знаменитых фонтанов Петергофа. Там выделено 15 га земли на комплекс в русском стиле. Мы там арендуем площадку и помещения. Под нашей опекой вольеры – домики, где сидят сокола, ястреба, луни, коршуны, совы. Часть из птиц для охоты непригодны, они, по сути, уже инвалиды, но состоят на довольствии и мы о них заботимся. Но часть птиц – это рабочие ловчие птицы, участвующие в шоу-программах. Эти птицы свободно летают по Шуваловке, мы ездим с ними на выездные мероприятия. Дел по заботе о птицах и работе с ними очень много, но нам в наших заботах на соколином дворе помогают волонтёры и ученики - те, кто хочет научиться соколиному делу. Помогают ухаживать за птицами, сопровождают тренировки. Постоянных волонтёров немного, в основном приходящие и уходящие, некоторые из которых остаются с нами.
ВОПРОС: Возможно ли обычному «среднестатистическому» человеку можно обучиться навыкам соколиного дела?
ОТВЕТ: У нас существует набор на курсы по соколиной охоте, все желающие за небольшую плату могут посещать соколиный двор, где Милослава, я и другие специалисты обучат их уходу за ловчими птицами, искусству кормления птиц, охотничьим навыкам. Ведь, подчеркну, у нас не просто птицы вольерного содержания, но – ловчие птицы, охотники!
ВОПРОС: То, что соколиная охота, этот исконный русский промысел, у нас на государственном уровне не поддерживается, это очевидно, про это даже спрашивать не стану. А насколько увлечены этим занятием представители современной элиты?
ОТВЕТ: Знаю, что какой-то российский олигарх, который особо не афиширует своё имя, имеет собственное подворье с егерями. До недавнего времени был, говорят, в Москве богатый просвещённый меценат, поддерживавший развитие соколиной охоты. В Москве всё-таки больше людей увлечены соколиной охотой, чем в Петербурге. Но меценат разорился и финансовой поддержки не стало. А именно он спонсировал всероссийские слёты сокольников. Теперь слёты сокольников в российском масштабе закончились. К счастью, правда, один крупный слёт сокольников сохранился – он проводится в Липецкой области, в Галичьей горе. Этот слёт многие годы организует Пётр Дудин, за что большое ему спасибо! Кстати, недавно мы получили из этого престижного соколиного питомника на Галичьей Горе самку кречета-шахина, которую теперь активно готовим к охоте. Просто красавица!
ВОПРОС: О, поздравляю с таким ценным пополнением! Ведь даже для царей ранее появление каждого сокола с их соколятне было событием едва ли не первостепенной важности! А как в Вашей жизни появилось увлечение соколиной охотой? Ведь эту сферу не назовёшь распространённой в современной жизни. Как Вы лично пришли к этому, всё-таки практически экзотическому, не обижайтесь, занятию? Может, какой-то случай тому способствовал?
ОТВЕТ: Началось моё увлечение соколами неожиданно и спонтанно. Фактически маленькая моя дочь привела меня к моему увлечению. В июле 2010 года мы с семьёй ехали к себе на дачу в деревню Иципино. И по семейной традиции остановились у Копорской крепости. К тому времени внутри крепости мы уже давно всё облазили и обследовали. А потому в поисках новых путей пошли с дочкой в обход стены с "неприступной" стороны, эта стена пока оставалась ещё нами не обследованной. И вот, любуясь видом глубокого оврага, я услышал восторженный крик дочки: «Папа, папа, смотри какие черепашки!!!». Обернувшись, увидел, что действительно что-то ярко-коричневое шевелится и издаёт странные звуки у самых ног дочери. Подошёл поближе и ахнул: «Вита, да это не черепашки!». Интуитивно мой взгляд устремился вверх по крепостным стенам, и вокруг, на кроны ближайших деревьев. В такой ситуации, когда мы обнаружили птенцов-соколят, было более чем логично ожидать стремительной атаки с неба их родителей. Я ведь сразу понял, что перед нами птенцы хищной птицы. Это видно было и по когтям, и по клюву птенцов.
ВОПРОС: Извините, перебью, но вдруг вспомнила любимую пословицу создателя поэмы «Красный кречет» Евгения Семичева: «Птичку видно по коготку». Хотя обычно он это выражение применяет к литературным текстам в том смысле, что для того, чтобы понять, насколько высокого полёта автор, вовсе не обязательно читать полностью его текст...
ОТВЕТ: Вот и в той нашей ситуации птичек я сразу определил, образно говоря, «по коготку»! Понятно, что хищная птица, но на тот момент ещё точно определить породу птенцов не сумел. Подумалось, что птенцы могли выпасть из гнезда, мы какое-то время находились рядом с птенцами, на жаре, но родители-соколы (а они очень заботливые родители!) так почему-то и не появились. А соколята между тем неуверенно скакали по камням, тщетно пытаясь вспорхнуть, а при приближении к ним отчаянно пищали. Виталина, моя дочка, стала умолять забрать их собой, ведь уже стало ясно – птенцы одни, и они пропадут без еды и догляда. Деваться было некуда, надо было спасать соколят и, прикинув шансы птенцов на выживание, я решился... Жена при виде пернатой живности восторга отнюдь не проявила, но выслушав историю обретения пернатых питомцев, философски вздохнула и срочно озаботилась тем, что птенцов надо кормить... Мы посадили соколят в коробку и накормили куриным фаршем, благо дорога наша пролегала через супермаркет. Соколята поели с удовольствием, я бы даже сказал - с неким трогательно забавным остервенением. Насытившись, спокойно просидели всю оставшуюся дорогу. Приехав на дачу, мы выпустили их на участок, летать они ещё не умели, зато мы смогли их получше рассмотреть. Пришлось нам прибегнуть к помощи интернета, чтобы понять: мы подобрали птенцов-слётышей некрупного сокола –пустельги. Попутно выяснили благодаря интернету, что куриный фарш - не самое лучшее питание для птенцов этого вида. Спасибо современным технологиям и в том, что мы сразу нашли информированных в этой сфере людей, которые незамедлительно откликнулись на наши вопросы о том, как правильно питать наших приёмышей... Теперь вся окрестная детвора ходила по полю в поисках кузнечиков, жуков и ящериц, чтобы накормить птенцов... Птички у нас освоились и окрепли, мы с детьми стали выходить в поле, чтобы они учились летать. Я их бережно подбрасывал, и они, к нашей радости, пролетали с каждым днём всё больше и больше метров.
ВОПРОС: Вот слушаю Вас и думаю, как же много общего в соколиной и литературной сферах! В литературе есть даже такой термин – поставить на крыло молодого поэта... Видимо, это выражение идёт от понимания, что поэт – призван быть соколом, жителем небесного мира... Этот момент постановки поэта на крыло тоже очень непрост и труден!
ОТВЕТ: Вот и у нас, ставя птенцов на крыло, я заметил, что один птенец явно отставал в развитии, и когда первый (его мы назвали Раз!) уже свободно мог лететь метров 50, второй пролетал по нисходящей от силы метров 10. Раз гордо держался на ногах, в то время как его братец сидел на попе, ну прямо не как сокол, а как курица! Через неделю-полторы мы вернулись в город. С соколятами. И решили сьездить к специалистам, чтобы подробнее разузнать правила ухода и воспитания соколят, да и вообще решить что с ними делать...
ВОПРОС: Вадим, а как отнеслись Ваши знакомые к такому вашему необычному обретению? У всех питомцы, как питомцы – собачки, кошечки, морские свинки, рыбки, наконец... А у Вас домашние питомцы – соколята!
ОТВЕТ: Узнав, что мы «усыновили» соколят, родные не верили своим ушам. Поверили только своим глазам! После встречи со специалистами себе мы оставили одного птенца, естественно Раза!!! Всех соколят мы бы попросту не потянули! Получили мы и первую необходимую аммуницию: опутенки, присаду, должики с карабинчиками, пульвик и т.д. А главное – мы получили от специалистов подробные инструкции и понимание специфики того, с чем (с кем!) имеем дело... Второго соколёнка, что был послабей, мы оставили у девушки, что первая познакомила нас с премудростями соколиного дела. Резонно рассудили, что её опыт воспитания и выращивания будет в пользу слабенькому птенцу. Так мы стали сокольниками! И жизнь обрела, скажу без всякой натяжки, драйв! Позже выяснилось, что соколёнок, которого мы назвали Раз, оказался девочкой. И в итоге мы обрели соколицу, которую стали звать Разла! Дело в том, что в первый год жизни у сокола-пустельги трудно определить пол, вот мы сначала и думали, что это самец, уж больно крупная птица была! И лишь после линьки (на второй год) стало ясно что Раз – это Разла! Она и стала нашим первым «пионером соколиного дела», которое лёгким никак не назовёшь, если принять во внимание неуёмную соколиную охотничью натуру. Помнится, поехал я как-то на дачу, без приключений в дороге не обошлось, дождь пошёл. Но дела огородные никто не отменял. Сам на грядки пошел работать, а Разлу на привязь и под навес. Потом к соседу надо было забежать, вернулся, а Разла как то странно сидит, не обратил внимания, а потом ещё глянул, а её уже и нет... А тут ещё кот соседский рядом ходит. Я по верёвочке стал Разлу искать, смотрю - лежит в траве на спине с растопыренными крыльями, лапами вверх! Ужас! Внешне вроде никаких ран нет. Отвязал её. Беру на руки, а она будто парализованная, как под наркозом. Лапы скрючила, сесть не может, глаза закатывает. Ну, думаю, конец! Валится на спину соколиха, аки пьяная, пока тереблю - глаза открыты, как оставляю в покое -сразу закрывает глаза и валится. Пробовал посадить – не держится. Плохи дела! Я в дом её занёс, там теплее. а что делать - не знаю. Звоню знакомому сокольнику: «Что делать?» Я на даче, ветаптеки рядом нет. Интуиция не подвела: стал поить птицу в клюв водой. А сам уже разные варианты причин продумываю. Либо её кто-то укусил. либо съела кого то ядовитого, а, может, и то и другое. Вспомнил, что у соседа накануне собаку змея укусила, собаку лечили и она выжила. Побежал к соседу. Оказывается, они тоже особых медикоментов не нашли и лечили собаку супрастином. Я решил действовать также. Через полчаса Разла стала издавать попискивающие звуки, а через час уже орала во всё горло, видимо, рассказывала, как ей было плохо. По совету друга я посадил её в тепло. Может и не таблетка помогла, а что не давал ей заснуть, кто теперь знает. Главное, что она осталась жива! И таких ситуаций, когда сокольник должен выступать в роли врача-орнитолога, немало было на веку...
ВОПРОС: Вадим, видимо, Вам приходилось не раз выступать в роли не только орнитолога, но и сокольничьего, потерявшего заигравшегося в охоте сокола, прямо как поэме Евгения Семичева «Красный кречет», когда царский сокольничий упустил любимого сокола Ивана Грозного по имени Свертей?..
ОТВЕТ: О всех "отлётах" своих соколов рассказывать не стану. Но о первых «отлётах»-побегах своей птички, сокола- пустельги расскажу. Возможно, другим поклонникам соколов поможет мой опыт. Собственно первый раз мой Раз, оказавшийся Разлой, улетел в деревне, ещё будучи птенцом, едва научившись летать. Искали Разлу всем хутором, впервые тогда словил тоскливое ощущение: "Ну вот и всё..." Нашли Разлу девчонки благодаря красной пластмассовой крышке, что была привязана на коротком должике к опутинкам. После этого соколиного побега я стал привязывать птицу на длинную или короткую бечёвку, но уже жёстко, к "якорю". Второй раз сокол улетел там же в деревне, когда я его отвязал для охоты на саранчу. Обычно он ловил добычу и тихо поедал тут же на месте, после чего благополучно возвращался ко мне на сокольничью перчатку. Но в тот раз сокол словил нечто большее, и в жадном азарте утащил свою добычу на ближайшее дерево. Как я потом выяснил, забравшись на это дерево, добычей стала маленькая птичка. После этого случая Разла сидела у меня постоянно на шнуре, вплоть до зимы, пока во время оттепели мы не пошли погулять... До сих пор нахожусь под впечатление от того чудесного возвращения Разлы, считаю, что удачей было тогда найти её целой и невредимой. Долго после того побега соколицы я не мог набраться храбрости и снова спустить её со шнура. Мы уже отлично летали на всю длину верёвки. Да и сокольничья перчатка стала Разле вторым домом, но я всё равно не решался. И вот началась у соколицы долгожданная линька. Хвостовых перьев уже и так давно не хватало, а тут ещё и маховые начали сыпаться. Она стала летать с большим трудом, и оставшись без привязки, даже не помышляла о дальнем полёте. Так мы стали заниматься без шнура, постепенно наращивая дистанцию свободы... И всё было хорошо, пока я как-то не забыл закрыть форточку и, уходя, также забыл прицепить сокола. Хотя раньше, будучи отцепленным, он никогда на форточку не реагировал. По возвращении домой мне пришлось начать поиски пропавшей птицы. Благо у меня был свободный выход на крышу. Осмотрев всё вокруг - ничего не нашёл. Потом во двор, обошёл детскую площадку, отправился в поисках дальше по дворам. Нету! И вдруг на обратном пути, проходя мимо детской площадки, смотрю – СИДИТ!!! Один мой призыв и - уже летит через весь двор ко мне на перчатку... А ещё был случай, что она залетела «в гости» к соседям на два этажа ниже, в форточку! А вообще сокол – птица верная. Почти не бывает случаев, чтобы исчез с присады. Но надо помнить, что такие соколиные побеги небезопасны, с учётом множества ворон, представляющих собой местную птичью мафию. Добавить сюда ещё ветра и однотипность строений городского типа, и я буду вынужден согласится с критикой друзей по поводу безрассудства тренировок сокола в городских условиях. Помимо вороньей «мафии», есть ещё и отчаянные дрозды, которые защищая территорию гнездования, бесстрашно таранят любого хищника. В этом мы однажды с Разом-Разлой могли убедиться, когда гуляли на Крестовском Острове. Организованные дрозды погнали соколицу так, что я потерял его из виду. К счастью, тогда удалось отыскать пропажу благодаря мелким птичкам, которые явно были не рады присевшему отдохнуть на веточку соколу и громким ором выражали своё негодование. ..
ВОПРОС: Как гласит старинная русская пословица: «Колико сокола ни корми, а с руки его, хоть плачь, отпусти»... Ведь как бы ни был привязан сокол к сокольнику, но небо – родной дом сокола!
ОТВЕТ: Однажды всё-таки Разла улетела. Мне оставалось только надеяться, что у неё всё в порядке. К тому времени она уже научилась охотиться. И вполне могла осилить перелёт на зиму на юг. Думал я о том, что было бы очень круто повстречать Разлу уже в дикой природе, скажем, через годик. А спустя полтора года моя Разла-Раз залетела на балкон к одной девушке. Та поудивлялась, да и позвонила в МЧС. А МЧСники вышли на меня. Конечно соколица перелиняла, повзрослела, но повадки остались прежние. Немного позанимались с ней, вспомнили навыки совместной охоты и снова она на какое-то время стала ручным «птахом». Мы с Разлой уже к тому времени и в Москву на слёты сокольников успешно ездили... Правда, после этого затянувшегося на полтора года побега, свободная природная жизнь Разлу, видимо, затянула настолько, что как она ни скучала по мне, а через полгода улетела опять...
ВОПРОС: Вадим, вот слушаю Вас и думаю, как всё-таки проблемно сегодня горожанину, даже если он захочет держать сокола и заниматься с ним, содержать вольную птицу в формате города. Были же времена на Руси, когда соколиные угодья считались едва ли не священными... Навскидку вспоминаю поволжские соколиные угодья графа Орлова на землях, пожалованных Григорию Орлову, заядлому охотнику, императрицей Екатериной Великой. Близ Самары, есть Орлово-озеро, и в том районе в старину водилось много соколов...
ОТВЕТ: Если бы Пётр Первый не разогнал сокольников и помытчиков (тех, кто соколов добывал в дикой природе)...Но, к сожалению, после расцвета соколиной охоты в эпоху Ивана Грозного и после Смутного времени традиция набора соколов в природе была утеряна в России. Раньше соколов не разводили в питомниках, их начали разводить искусственно, в питомниках только в 1970 года. А до этого все соколы «приходили» из природы, специальные царёвы слуги, помытчики, люди Государева Приказа с особыми грамотами и разрешениями, ездили в заповедные земли добывать соколов. Они знали, где есть соколиные гнёзда, ловили молодых соколов и свозили в царские дворы. Во времена расцвета соколиной охоты, которая считалась привилегией первых лиц государства, даже никто из бояр не имел права держать сокола. Соколиная охота была царственной монополией и привилегией! С ястребом охотиться бояре могли, но чтобы сокола – без позволения царя, это никак! Так было не только на Руси, но и в других странах, где также соколиная охота была привилегией первых лиц государства. Лишь конунги, цари, ханы могли себе позволить содержать соколиный двор. После Алексея Романова Тишайшего, у которого царские сокольники были в почёте, пришли времена Петра Первого. А Пётр не любил соколиную охоту. Тем не менее сокольники, бывшие тогда фактически элитой страны, стали тем кадровым резервом царя-реформатора, недооценивать который нельзя. Сначала царь набрал их в потешные войска, а потом они уже стали служить государству на «взрослых» постах. Так что сокольники, а это были представители знатных родов России, пригодились империи. А вот сами соколы, увы, оказались не нужны царю. Соколиное дело ушло из внимания царя. Помытчики стали продавать соколов направо и налево, много уникальных птиц в Европу ушло. Там соколиная охота долгое время сохранялась, хотя уже и ружейная пошла. А в России, где царь боролся с исконным русским укладом, соколиная охота практически зачахла. Простой народ в принципе не мог охотиться с соколами, поскольку соколиная охота (помимо земель, надо иметь загонщиков и проч.) это сложное в плане структуры и организации занятие.
ВОПРОС: Но вот сегодня, несмотря на наступление цивилизации по всем фронтам, мы на Вашем примере видим, что соколиная охота – вовсе не анахронизм, а реальное занятие, которым увлекается в том числе молодёжь. Значит, у соколиной охоты есть будущее! Ведь романтика соколиная никуда из нашей жизни не девалась. В ней есть непередаваемая мужская харизма – не зря добрых молодцев в России называли соколами, соколиками...
ОТВЕТ: Все наши соколиные шоу сопровождаются рассказами об истории соколиной охоты. Подкреплённые реальной конкретикой, такие рассказы очень наглядны и очень зрелищны. Одно дело сказать людям, что приманка в виде сокола с крылышками называется вабило. Другое дело – увидеть вабило в действии! Соколиное дело – это не просто история России. Это, если угодно, языкознание. К примеру, слово ВАБИЛО произошло от слова вабить – созывать. В Древней Руси, когда ещё не было колоколов, в каждом поселении был большой металлический таз. В случае опасности, пожара, нападения врага, чтобы срочно собрать народ, били в это БИЛО. Аналогично когда сокол улетает в небеса, выходит из подчинения, сокольник достаёт вабило и вабит, т.е. призывает сокола. В соколином деле никуда не деться без клобука, некой шапочки, закрывающей соколу глаза. Надо непременно заклобучить, закрыть птице глазки, чтобы она успокоилась, не отвлекалась на внешнее, на потенциальную добычу. Отсюда понятие - заклобучить, подклабучить сокола. Подклабучный сокол – это не подКАБЛУчник, подКЛОБУчник, Казалось бы, несколько букв изменены, но какая разница в смысле. ПодКАБЛУчник – унизительно звучит в отношении мужчины. А вот подКЛОБУчник – совсем другое дело. Подклабучный добрый молодец - вовсе не подкаблучный мужик, подкаблучник, как у нас последнее время принято называть. Изначально понятие было совсем другое и вовсе не оскорбительное.
ВОПРОС: Ну конечно, одно дело быть подКЛОБУЧНИКОМ, в шапочке. Другое – подКАБЛУЧНИКОМ, под женским каблуком! Несмотря на то, что мы рискуем уйти от непосредственной нашей темы – соколиной охоты – в сторону словообразования, но всё-таки... Не могли бы Вы привести и другие примеры «соколиного» происхождения слов? На мой взгляд, взгляд поэта, слово – это вообще сокол, даденное людям с неба...
ОТВЕТ: Согласен с Вами. К примеру, слово КРЕМЛЬ. Оно берёт начало от слова КРЕЧЕТ. Кречет, кремль, крик – слова с одного, как в старину на Руси говорили, «извода». В Кремле сидит князь – сокол. Как сокольник (и как биолог) скажу, что самые редкие птицы – соколы-кречеты – гнездятся на севере. Кречет сам гнездо не строит, а отбирает у других хищных птиц. И кречет-сокол в месте своего гнездовья не охотится в радиусе 200 метров, чтобы не привлекать внимание к гнезду. Не охотится сам и другим птицам охотиться не позволяет. Эта территория неприкосновенна и запретна для охоты – это его кремль, по сути, самое безопасное место. И весь животный мир, зайцы и прочие некрупные млекопитающие, прячась, идут в зону сокола – кречета – кремля, спасаясь от тех же волков. То есть кремль - вотчина кречета, князя над окрестным пространством.
Соколиная сфера вообще много дала великорусскому наречию. К примеру, термин «соколиная заря» - очень многозначный. Это и нагрудник алый на груди у сокола, и особый барабанный бой, возвещающий начало охоты. Он остался у военных под именем «бить зорю». Благодаря Вас за беседу, хочется пожелать нашей стране, чтобы мы не забывали, что мы потомки тех, кто строил и создавал соколиной державу – Россию.

ИСТОЧНИК: https://literra.online/publications/authors/vladimir-sereda/sokolinaya-derzhava

Прочитано 132 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.

Поиск

Календарь событий

Последние публикации

сен 03, 2020 33

Ранние раны ли?

Союз российских писателей совместно с Министерством…
июль 23, 2020 79

«Мозги не брови, их не нарисуешь!»

Беда современной России в том, что все ключевые посты…
Л.И. Бородин (крайний справа) с В.Н. Воробьёвым, доктором культурологии, и С.А. Небольсиным, доктором филологических наук во время поездки на теплоходе «Константин Симонов», 1993 г.
март 03, 2020 202

«Мне Русь была – судья и мать!»

ТРЕТЬЯ ПРАВДА ЛЕОНИДА БОРОДИНА Понятия, а тем более дела…
март 03, 2020 433

Number One

Пусть твоим счастьем станет: всегда быть первой и никогда –…
март 03, 2020 211

Год памяти и славы

Подготовлены к печати сразу два номера журнала «Гостиный…
март 03, 2020 326

Памяти Леонида Бородина

Восемь с лишним лет назад, 24 ноября 2011 года, не стало…
март 03, 2020 239

Станут ли Уфа и Оренбург морскими портами?

Нам в редакцию прислали статью о том, как развивать…
НАПИШИТЕ НАМ
1000 максимум символов